Джонатан Бринбаум, новый управляющий часового направления Bvlgari, — о том, как выходить за рамки. Неважно, идет ли речь о технических возможностях или о жизни.
Интервью: ЛАРИСА АЗАНОВА LARISSA AZANOVA
Среди новинок этого года есть две иконы, не только для Bvlgari, но и для всей часовой индустрии: Octo Finissimo и Serpenti. И как мы видим, змея претерпела существенные изменения. Не могли бы вы прокомментировать это преображение?
Первые часы Serpenti родились в конце 1940-х годов из оригинальной идеи змеиного браслета. Его прообраз можно увидеть на изображениях Клеопатры, торжественно прибывающей в Древний Рим к Юлию Цезарю, вспомните также, как колоритно передана эта сцена в фильме с Элизабет Тейлор. Змея прочно вошла в коллекции Bvlgari, мы постоянно экспериментируем с ее воплощениями, играя с ее грацией в линии Tubogas, буквально воспроизводя изгибы нашей любимицы или исследуя ее соблазняющую сторону менее фигуративно, как в часах Serpenti Seduttori на более классическом браслете. И вот теперь мы представляем модель Serpenti Aeterna – ее более абстрактный дизайн не вызывает прямой ассоциации со змеей, однако без утраты сущностного кода. Мы открываем новую главу этой еще одной интерпретацией змееподобных коллекций нашего Дома.
Дебют весьма впечатляющий! По мне, так вполне себе рок-н-ролл.
Есть такое. Еще хочу обратить внимание на новое устройство бэнгл-браслета, который мы добавляем к эксклюзивным браслетам-спиралям Tubogas и более классическим. Потребовалось проделать грандиозную инженерно-техническую работу, чтобы создать систему, которая рассчитана на долгий жизненный цикл – более миллиона открываний-закрываний — и при этом обеспечивает идеальную посадку и идеальный простор для декора.
Мне очень нравится, так комфортно сидит на руке!
В этом вся прелесть бэнгла — он создает ощущение полного слияния с запястьем. Мы запустили две версии – с частичным и сплошным бриллиантовым паве — и задумываемся над разработкой модели, более приближенной к повседневному дизайну. Так или иначе, эта линия становится постоянной в большой коллекции Serpenti.
Говоря об Octo Finissimo, теперь вы обладатели уже десятого рекорда тонкости. Существует ли предел уменьшения толщины часового механизма? Хотелось бы узнать и о тонкостях планируемой работы в этом направлении.
Наш первый мировой рекорд ультратонкости — Octo Finissimo Tourbillon — был представлен в 2014 году. Тогда высота только непосредственно механизма составляла 1,95 мм. Спустя 10 лет мы демонстрируем часы, толщина которых уже вместе с корпусом не превышает 1,85 мм. Так что за одно десятилетие нам удалось сбросить 0,1 мм. Поэтому на ваш вопрос могу ответить: «Дайте только срок!». Для нас пределов не существует, мы постоянно работаем с инновациями, постоянно находимся в поиске новых решений. Единственным препятствием к ультратонкости является функциональность. Что я имею в виду? Должна обеспечиваться возможность завести часы и переставить стрелки без дополнительных инструментов. Мы не гонимся за рекордом ради рекорда. Скорее, это стремление сделать невозможное возможным. Такова наша концепция, так мы бросаем вызов самим себе, так мы не теряем способность удивляться и удивлять. Поэтому, говоря о перспективных планах компании, смею заверить, что в ближайшие годы мы продолжим преподносить сюрпризы, продолжим раздвигать границы технических возможностей. Будет ли это мировой рекорд? Возможно. Но не обязательно. Мне кажется, важнее вызвать восхищение. Разрушить стереотипы, создать то, что другие считают нереальным.
«Мы достигли той точки, когда уже не нужно ничего доказывать, демонстрировать, что мы лучшие, или рваться к мировым рекордам».
Прежде вы работали с парфюмерией (Джонатан возглавлял парфюмерное направление Bvlgari. — Прим. ред.), а ароматы — это всегда про эмоции. Работает ли эмоциональная составляющая в часовой индустрии? И если брать шире, что, на ваш взгляд, существеннее в наши дни – инновационный или эмоциональный компонент продукта?
Оу, вопрос на миллион! Но вы зрите в корень. В парфюмерии, как и в часах, и в автомобилях, основным критерием взаимодействия остаются положительные эмоции. Когда предлагаешь люксовые изделия, ты имеешь дело с чувствами людей. Какая бы ни была применена отделка, какая бы выдающаяся инженерная мысль ни была заложена в часы, если покупатель не почувствовал удовлетворения, надев их, сделки не будет. Это быстро усвоили парфюмеры, потому что там вообще все на ощущениях. Можно использовать хоть тысячу самых разных и самых дорогих ингредиентов, но, если вы не почувствуете восторга от конечного продукта, все впустую. Поэтому я сторонник того, чтобы основой всего, что мы делаем в Bvlgari, была воодушевляющая чувственность. Не случайно наш бренд, сформировавшийся изначально как ювелирный, сегодня развивает и производство часов, и парфюма, и выбился в лидеры гостиничного бизнеса. Во все мы стараемся внести позитив, великолепие Рима в современность 2025-го — это те мосты, которые я строю сегодня. Часы будут впитывать технологичность, совершенствоваться конструктивно, и это прекрасно, но, если мы не сможем наложить правильный эмоциональный слой, инженерия тут не поможет.
Что вы назовете самым ценным уроком, полученным за период работы в Bvlgari?
Мечты никогда не бывают слишком большими, поэтому мечтайте по-крупному — вот это я осознал. Выходите за рамки, не сдерживайте себя. У нас и без этого хватает ограничений, и когда мы разрабатываем парфюм, и когда проектируем часы. В Bvlgari меня научили не останавливаться перед первым же препятствием, никогда не относиться к своей мечте как к нежизнеспособной, следовать за ней, работать над ее воплощением и сделать так, чтобы она стала явью.
Фото предоставлены пресс-офисом бренда.
